Любите ли вы театр так, как люблю его я?

Действующие лица

Г а л и н а.

Л а р и с а.

Д е в у ш к а.

1 – й  п а р е н ь.

2 – й  п а р е н ь.

Н и к и т а.

В а с и л и с а.

С у д ь я.

З р и т е л и, с т у д е н т ы - а к т е р ы,  Н е с б ы в ш и е с я  н а д е ж д ы.

Действие происходит в квартире Галины, в театральном институте и в театре.

 Действие первое

Сцена 1

Дорого и модно обставленная квартира. Кухня. В глубине сцены и справа – двери. Первая - ведет к входу. Вторая – вглубь квартиры. Темно. Глухо звучат голоса. Слышно легкий звон ключей. Звук поворачивающегося замка, хохот. Открывается дверь. Уже четко слышно два женских голоса.

Первый голос. Сейчас все увидишь…. Ставь вот сюда….

Второй голос. Слушай! Как у тебя здорово!

Первый голос. Давай-давай, раздевайся. Еще успеешь полюбоваться. Давайте вашу шубку…. Тапочки там внизу. Проходи на кухню.

В коридоре светло, но на кухне света нет. Лариса, с пакетом с продуктами в руках, появляется в видимом для зрителя коридоре и входит на кухню. Худощавая, бледная, с кудрявыми, рыжими волосами до плеч, не очень симпатичная, но живая и обаятельная. 25 лет.

Осматривается в поисках включателя. Находит, зажигается свет. Прямо перед зрителем, справа, овальный, причудливый обеденный стол. Чуть в глубине, у стены справа, холодильник. Слева у стены – кухонная стенка с всевозможной встроенной бытовой техникой. Все очень модно и стильно.

Лариса. Ну, не фига себе! Ну, ты устроилась!

Лариса, не выпуская пакет из рук, тщательно все осматривает, открывает все двери, все трогает, нюхает и, если можно, пробует. Появляется Галина. Среднего роста, ниже Ларисы, очень стройная и загорелая, с длинными волосами, собранными сзади. Очень ухоженная и стильная. 25 лет. Тоже входит с пакетом.

Галина (улыбаясь). Я смотрю, ты уже освоилась.

Ставит пакет на кухонную стойку. Подходит к Ларисе.

Галина (забирая у нее пакет). Извините, что мешаю вашей нежной дружбе….

Лариса (отвлекаясь от своего занятия). Давай помогу.

Лариса энергично и хозяйственно, напоминая домовитую мышь, разбирает пакеты, постоянно спрашивает: “Это куда? А это?” Галина говорит: “В холодильник”, “в шкаф”, “на стол” или  убирает сама. Наконец Лариса садится, а Галина идет к бару за мартини.

Лариса (подходя к окну во всю стену, прямо на край сцены к центру). А нас видно?

Галина (возвращаясь с мартини). Нет, мы видим, а нас нет.

Лариса. А у тебя есть…этот, ну, как его? Ну, чтобы подсматривать?

Галина. Телескоп?

Лариса. Ну, да.

Галина. Давай садись. Ты же мне всю дорогу говорила, что хочешь есть.

Лариса. А я и сейчас хочу. Я вообще всегда хочу есть.

Галина (улыбаясь). И как в тебя вмещается?

Лариса. Ну, сейчас уже не так, как в школе.

Галина. Неужели ты сидела на диете?!

Лариса (самодовольно улыбаясь). Ну, нет!

Галина. Тогда, давай, подруга, за то, чтобы нам с тобой никогда не пришлось сидеть на диете!

Лариса. И плакать из-за мужчин. Потому что все мужики – гады!

Чокаются. Затемнение.

Сцена 2.

Тихо играет радио. Девушки сидят за столом, не громко разговаривая. На столе стоит уже начатый торт и много разной еды. Поздний вечер.

Лариса. А я думала, ты как Крутой.

Галина (улыбаясь). Можно и как Крутой. У меня есть хорошие знакомые из мира шоу-бизнеса. Но мне это не подходит. Как-то уж слишком все грустно. Хотя один мой знакомый периодически пытается меня привлечь.

Лариса. Симпатичный?

Галина. Лара!

Лариса. А что?

Галина. Симпатичный, только мне такие не нравятся.

Лариса. Значит, познакомишь?

Галина. Вот будешь себя хорошо вести, обязательно.

Лариса. А что? Я себя хорошо веду. А как его зовут?

Затемнение.

Сцена 3.

Галина раскладывает мороженое.

Лариса. Не, ну, Галь, я уже не могу.

Галина. А я не тебе. Я буду из двух есть. Просто рядом с тобой поставлю. Если захочешь, угощайся, а нет – сама съем.

Лариса. Вот лиса.

Галина. Такая же рыжая, как ты?

Лариса. Такая же упертая.

Галина. В наше нелегкое время продюсер без упертости никуда.

Лариса. Слушай, а ты же на актерском, мне говорила, училась. Передумала?

Галина. Нет.

Лариса. Так ты доучилась?

Галина. Нет. Ушла после первого курса.

Лариса. А почему?

Галина (грустно улыбаясь). Хотела учиться в “приличном” ВУЗе. Вот и училась…, только не на том факультете.

Лариса. Не скучаешь?

Галина. Ты просто в яблочко. Очень скучаю. Ты бы знала….

Лариса. Так ты же теперь крутая вумен. Можешь сама себя снимать.

Галина. Знаешь, почему я ушла? Не хотела быть недоделанной актрисой. Я хотела, чтобы у меня была хорошая школа. Это же всегда видно, когда у актера есть школа и когда ее нет. Я не хочу смотреть фильм, в котором снялась, и стыдиться за себя. Понимаешь, для меня это очень важно.

Лариса. А сейчас пойти учиться не хочешь?

Галина (внезапно очень меняется). Лариса, миленькая, я уже не знаю, чего хочу. Если бы ты знала, как я устала. Тебе будет трудно понять. Я тебя очень люблю, не обижайся. Понимаешь, я очень, очень устала. От этих мыслей, от студентов- актеров, которых вижу, когда прихожу в свой институт (а мне приходиться там часто появляться); от актеров, которых вижу в театре, с которыми встречаюсь каждый божий день…. Мне все напоминает о том, кем я могла стать, а уйти не могу, становится еще хуже…. Я уже не могу об этом говорить и не говорить тоже не могу. Я очень хотела стать актрисой. И, скорее всего, хочу сейчас. Но я измучилась и хочу немного покоя…. Извини, но эта больная для меня тема. Я становлюсь, как помешанная. Я не знаю, что мне делать. Мне очень-очень плохо, как будто меня долго мучили, где-то держали, и я хочу покоя. А какого покоя – черт его разберет.

Затемнение.

Действие второе

Сцена 1

Раннее утро. Коридор в театральном институте. Девушка, похожая на Галину, стоит у одного из шкафчиков, которые занимают все пространство стены, размещаясь друг под другом. Девушка что-то перекладывает, наводя в нем порядок. Приходит 1-й парень.

Девушка. Привет!

1-й парень. Привет! Галь, а ты что сейчас делаешь?

Появляется 2-й парень. Здоровается только с 1-м парнем и идет к своему шкафчику, достает лосины, начинает переодеваться.

Девушка. Навожу порядок в своей свалке. А что?

1-й парень. Есть отрывок. Ты как?

Девушка. Я – “за”. Пять минут - и я готова.

2-й парень (одеваясь, 1-ому парню). Ты отрывок лучше кому-нибудь другому предложи.

1-й парень. Почему?

2-й парень. Так она же не наша. Она - продюсер.

1-й парень (Девушке). Ты – продюсер?

Девушка. Да.

1-й парень. Нет уж, извини. Я делаю отрывки только с актерами. (Подходит ко 2-ому парню). Хорошо, что ты мне сказал.

2-й парень. Нас не проведешь.

1-й парень идет к своему шкафчику. 2-й продолжает переодеваться.

Затемнение.

 Сцена 2

Театр. Антракт. Буфет. Галина стоит в очереди. Перед ней через человека стоит Василиса, актриса 26 лет, с длинными кудрявыми волосами, немного выше Галины, смуглая, с зеленой сумочкой и в зеленых туфлях. Галина узнает ее. Видно, что она не хочет, чтобы ее видели.

Слева - лестница, по ней поднимается Никита, симпатичный парень 27 лет, выглядит довольным и свежим, блондин спортивного телосложения. Он замечает Галину и окликает ее. Василиса видит Галину. Первой подходит к Галине, затем - Никита.

Василиса. Привет, Галюнчик! Как ты?

Галина. Привет. Привет, Никита! Вы какими судьбами?

Никита. Да вот, пришли посмотреть на плоды твоих трудов….

Василиса. Никит, ты постой здесь, возьми…. Галь, ты чего хочешь?.. Кстати, тебя должны же в первую очередь обслуживать!

Галина. Не должны. Я этим не злоупотребляю.

Василиса. Зря. Что ты будешь?

Галина. Сок и какой-нибудь бутерброд….

Василиса. Запомнил? А мне грейпфрутовый сок…грейпфрутовый, не перепутай,…и шоколадку “Бабаевский” с миндалем. Понял?

Никита. Ты же на диете.

Василиса (недовольно). Ты опять? И давай побыстрее, скоро антракт закончится.

Никита. Давай деньги.

Василиса. Даже в буфет с тобой не сходишь.

Никита. А зачем ты поперлась в буфет? Здесь все дорогущее.

Василиса. Все. Иди отсюда, нам поговорить надо.

Никита (уходит, передразнивая). Иди отсюда, нам поговорить надо.

Василиса (улыбаясь, Никите). Шут гороховый! (Галине) Ну, пойдем.

Подходят к свободному столику.

Василиса. Так ты, значит, сейчас здесь?

Галина. Да.

Василиса. А я сейчас в Театре Солнца с этим шутом. Ну, я-то там не надолго. Ты сейчас с кем-нибудь встречаешься?

Галина. Даже если будешь пытать, не скажу.

Василиса. Ну, хоть намекни.

Галина. Ни за что. Так ты, значит, в Театре Солнца….

Василиса. Да, пока…. Слушай, а может, ты мне по старой дружбе поможешь. Ты же теперь – известная личность, связей много.

Галина. Василис, это довольно сложно….

Василиса. А ты постарайся, ты же девочка умная.

Галина. Я-то девочка умная. Но я и те люди, с которыми я работаю, - не Никита, “подай, принеси, пошел вон”. Таких, как ты, много. Ну, я, конечно, попробую, но ничего обещать не могу.

Василиса. Спасибо тебе. Ты, если что, звони. Запиши мой телефон.

Галина. Номер у меня сохранился.

Василиса. Да он уже сто раз поменялся.

Галина. Я позвоню тебе на домашний.

Василиса. Да меня дома не бывает! Запиши, не ленись.

Звонок.

Галина. Вот что. У тебя мой мобильник есть? Он не изменился. Через недельки две звони. Ладно, я побежала. Меня уже подруга в зале заждалась.

Василиса (недовольно). Подожди, Никита идет.

Появляется Никита с подносом.

Галина (забирая бутерброд и сок). Спасибо, Никит.

Никита. Всегда пожалуйста. Как у тебя жизнь?

Второй звонок.

Галина (уходя). Все отлично. Звони, если что, поболтаем. Я спешу, извини.

Василиса (пробуя сок). Я же просила грейпфрутовый.

Никита. Я так и сказал. Она, наверно, перепутала.

Василиса. С тобой все не слава Богу!

Затемнение.

Сцена 3

По середине сцены стоит Галина, она вся в черном. Слева и справа, лицом к зрителю, сидят люди. Тусклый прожектор только на Галину. Остальные пока в тени.

Голос Судьи (из зрительского зала сверху). Процесс об измене актерской профессии считаю открытым. Всем встать.

Все встают.

Судья. Прошу садиться.

Все садятся.

Судья. Обвиняемая суд предоставил Вам защитника. Вы настаиваете на самозащите?

Галина. Да. Я буду защищать себя сама.

Судья. Как пожелаете. Обвинение, начинайте.

Встает Никита.

Никита. Спасибо, Ваша честь.

Галина. Я протестую.

Судья (удивленно). С чего это?

Галина. Неуважение к чувствам обвиняемой.

Судья. Объяснитесь.

Галина. Я люблю Никиту, но не уважаю его.

Никита. Протестую, Ваша честь. (Самодовольно) Для любви основание есть: внешность, хотя бы; для неуважения нет.

Судья. Защита, что скажите?

Галина. Основание есть. Он – не мужчина, а тряпка. Мы виделись недавно в театре. На него было тошно смотреть.

Ободрение в зале. Встает Василиса, кричит: “С тобой все не слава Богу!”, плачет.

Судья (Никите). Вы – позор для мужчины. Стыдитесь. Отправляйтесь к присяжным.

Никита уходит.

Судья (Галине). Кого вы предлагаете в качестве Обвинения?

Галина. Никого.

Судья (сердито). Защита, я вас правильно понял?!

Галина. Ваша честь, позвольте речь. Пусть все решат присяжные.

Судья. Хорошо. Начинайте.

Галина (подойдя к Никите). Давай потанцуем. В последний раз.

Василиса. Он никуда не пойдет. Он должен мне принести грейпфрутовый сок и шоколадку “Бабаевский” с миндалем!

Судья. Гражданка, успокойтесь. Я вам сам принесу сок и шоколадку.

Василиса. Только не перепутайте: грейпфрутовый сок и шоколадку “Бабаевский” с миндалем! Только давайте побыстрее.

Судья. Я вам потом принесу. А пока, если не успокоитесь, принесу свой молоточек и ударю по вашей макушке.

Василиса (недовольно). А она с миндалем?

Судья (грозно). Хотите проверить?

Василиса. Нет, все, сижу тихо.

Судья (Галине). Продолжайте.

Галина и Никита выходят на середину сцены.

Галина. Раньше я жила вот так. (Танцуют вальс). А хотела…. (Танцуют танго). Потом я стала учиться на актрису. Мне говорили: “В тебе должно быть столько” (Стоя лицом друг к другу, делают сальто назад). А во мне было…. (Прыгают через друг друга). Спасибо, Никита (целует Никиту, он садится на свое место). И я ушла. Но разве это трусость. Я не хотела быть мусором на сцене, не хотела стыдиться себя. Для меня преступление – быть ничтожным в том, что ты любишь больше всего на свете. Это была моя мечта, и мне хватило сил попробовать. Разве не преступление, если человек даже не пробует прикоснуться к своей мечте? Я - не Фаина Раневская! Я – это всего лишь я. Я сделала, что могла. Кто может, пусть сделает лучше. Зачем вы меня мучаете?.. Моя любовь к театру – вот мое наказание!

Затемнение.

Действие третье

Сцена 1

Галина неподвижно сидит на диване в глубине сцены, чуть слева. Справа и слева выходят студенты-актеры в черных футболках и лосинах. 1-я группа студентов произносит в разном темпе скороговорки: “Бык тупогуб, тупогубенький бычок, у быка бела губа была тупа” и “На мели мы налима лениво ловили, для меня вы ловили леня, о любви не меня ли вы мило молили и в туманы Лимана манили меня?” Затем 2-я группа (девушки в черных купальниках и юбочках, мальчики также, как в первой группе): танцуют полонез, потом народные танцы. 3-я группа (черный верх, черный низ): акробатические номера. 4-я группа: пение. 5-я группа: драматические сценки.

Они покрывают все пространство сцены. На сцене ужасный шум. Рой. Вдруг все замирают. Затем молча, медленно отступают влево и вправо, образуя довольно узкий коридор, через который Галина проходит почти к самому краю сцены. По пути она ошарашено всматривается в лицо каждого. Вдруг она упирается в невидимое стекло на самом краю сцены по центру. Через него она в ужасе оглядывает зрительный зал, задерживаясь на каждом зрителе. Она словно узнает их. Это ее Несбывшиеся надежды. Она взрывается чудовищным, не человеческим ревом и медленно сползает по стеклу.

Галина (звонким шепотом зрителям). Простите меня,…, простите меня, ради Бога,…я

не смогла.

Галина сжимается в маленький комочек и замирает. Голос судьи сверху: “Оправдана!”. Удар молоточка. Скороговорки, пение, танцы и акробатика возобновляются. Два студента поднимают Галину и укладывают на диван в том же положении. Одна студентка приносит белоснежно-белое покрывало. Все ухватываются за него слева и справа и, проходя

мимо дивана, опускают его на Галину. Пение и скороговорки продолжаются.

Появляется Никита. Он трясет Галину. Внезапно пение и говор смолкают, как будто их кто-то “стер”. Галина просыпается.

Никита. Галюш, ты чего заснула, что ли? Давай вставай, час остался.

Галина (усаживаясь на диване). До чего?

Никита. Ну, ты, мать, даешь! До спектакля. (Приглядываясь.) Ты чего такая перепуганная? Кошмар приснился?

Галина. Ага. Что я – продюсер.

Никита. Продюсер? Это разве кошмар? (Улыбаясь.) Вот мне уже десять лет снится, что я – актер. Надо было слушать маму, идти себе спокойно в юристы и жить, припеваючи. А продюсеру, так вообще, рай.

Галина. Вот уж не скажи. (Хитро глядя на него). Вот принесешь грейпфрутовый сок и шоколадку “Бабаевский”, расскажу.

Никита. Грейпфрутовый сок? Ты же его терпеть не можешь!

Галина. Знаешь, у актрис свои причуды.

Затемнение.